Русский Афон

Православный духовно-просветительский портал о русском монашестве на Святой Горе Афон

Афонский схимонах Ксенофонт (князь Вяземский)

Афонский подвижник схимонах Ксенофонт (князь Вяземский)В статье о праздновании памяти первосвятителей Русских Петра, Алексия, Ионы, Иова, Филиппа и Ермогена рассказывалось об освящении храма в честь этих угодников Божиих в Русской на Афоне Свято-Пантелеимоновой обители в 1896 году. На торжественном освящении храма, приуроченном ко дню священного миропомазания Царской четы на Русское Царство, в числе почетных гостей присутствовал князь Константин Александрович Вяземский – выходец из древнего княжеского рода, талантливый литератор, пользовавшийся признанием Л. Н. Толстого, ботаник, путешественник, глубоко-верующий православный человек. Спустя один год, после описанных нами событий, он вновь приехал на Святую Гору Афон в Пантелеимонов монастырь, с тем, чтобы остаться в нем навсегда. О жизненном пути этого человека, о том, что подтолкнуло его к принятию  судьбоносного решения, и о том, как сложилась его жизнь в новом качестве и в новой среде, отличной от той, в которой он прожил всю свою сознательную жизнь, расскажет эта статья.

 

Схимонахъ Ксенофонтъ (въ мiру князь Константинъ Александровичъ Вяземскiй) родился въ 1852 году въ городѣ Старица Тверской губернiи. Онъ происходилъ изъ древняго княжескаго рода. Отецъ его князь Александръ Вяземскiй былъ генераломъ, ветераномъ Крымской войны. Имѣнiе у отца было въ поселкѣ Дубна Тверской губернiи. Надо сказать, что онъ сыгралъ огромную роль въ воспитанiи Константина. Когда онъ умеръ, то послѣднему было 15 лѣтъ, и это явилось величайшимъ горемъ для Константина, какъ онъ запишетъ въ своемъ дневникѣ.

Но главной воспитательницей все-таки была его мать — рожденная въ Россiи француженка, о которой онъ тоже напи- шетъ: «Она, можно сказать, одна меня воспитала. Ей главнымъ образомъ я обязанъ тѣмъ, что во мнѣ есть хоть что-то до- брое. Она меня наставила на путь правды. Она одна была моей истинной руководи- тельницей... Если отецъ научилъ меня, что есть честь и что подобаетъ князю русскому, то мать научила меня тому, что есть любовь къ ближнему и что подобаетъ христiанину» . «Я и въ Бога вѣрую потому, что она въ Него вѣровала. И люблю Христа, потому что она Его любила... Она часто подолгу молилась, соблюдала всѣ посты, любила читать духовныя книги, разсказывала намъ разные эпизоды изъ Священнаго Писанiя, въ ея устахъ каждый изъ нихъ получалъ какой-то особенный сердечный оттѣнокъ. Насъ никогда не заставляли ходить въ церковь, но, видя, съ какой ревностью мать посѣщаетъ всѣ службы, мы также охотно ходили въ нее. По ея совѣту я вслушивался въ церковные напѣвы, и многое изъ слышаннаго тогда въ дѣтствѣ мнѣ запало въ душу» . Такую дорогую наставницу, къ своему горю, 15-лѣтнiй юноша Константинъ потерялъ черезъ три мѣсяца послѣ смерти отца. Она не смогла пережить смерти любимаго мужа.

Опекунство надъ мальчикомъ взялъ на себя его дядя по отцовской линiи, который позаботился о его образованiи. Константинъ сначала поступилъ въ приготовительный пансiонъ, а затѣмъ въ Пажескiй корпусъ въ Петербургѣ. Юноша былъ мечтательнымъ и очень любознательнымъ, что сформировало его будущiе интересы. Много времени онъ посвящалъ литературному творчеству.

«Написалъ я много, — вспоминалъ онъ впослѣдствiи, — изъ-подъ моего пера выходили и проза, и стихи: романы, повѣсти, драмы, комедiи, поэмы, басни и прочее. Однако ничего изъ моихъ сочиненiй не напечатано... Цензура не пропускала мои сочиненiя... Я прочиталъ большую часть своихъ сочиненiй людямъ, весьма компетентнымъ въ этомъ дѣлѣ и очень скупымъ на похвалы, а именно Л. Н. Толстому и профессору Буслаеву. Оба сверхъ моего ожиданiя одобрили прочитанное, и оба посовѣтовали печатать» . Но произведенiя Константина Вяземскаго, видимо, такъ и не увидѣли свѣтъ. И ихъ судьба намъ не извѣстна. Лишь малая часть изъ нихъ послѣ его смерти осталась въ архивѣ Руссика .

Онъ также занимался естественными науками. Очень любилъ природу. Константинъ писалъ: «Многiе любятъ природу. Еще большее количество людей увѣряютъ, что любятъ ее, оставаясь, однако, къ ней индифферентными. Но любить ее такъ, какъ я любилъ въ молодости природу, совсѣмъ неестественно. И я никогда не встрѣтилъ того, кто бы любилъ ее такъ, какъ я. Лѣса, ручейки, пригорки, овраги, скалы, болота, цвѣты, жуки, облака, звѣзды, змѣи, птицы, камни, мохъ, плоды, овощи, кусты, лягушки, яйца, гнѣзда, озера... — все это во мнѣ возбуждало неописуемый восторгъ... Я готовъ былъ вынести любыя трудности, чтобы полюбоваться хотя бы даже очень посредственнымъ видомъ» .

Съ цѣлью наблюденiя за природой въ разныхъ частяхъ свѣта онъ началъ путешествовать по мiру все больше сухимъ путемъ, а не моремъ. Семь лѣтъ онъ ѣздилъ по Россiи. Послѣ объѣхалъ весь Китай, Индiю, Европу. Интересуясь исключительно природой, онъ тщательно наблюдалъ за различными растенiями и записывалъ результаты своихъ наблюденiй. Замѣтки о своихъ путешествiяхъ Константинъ Александровичъ печаталъ въ журналѣ «Русское Обозрѣнiе».

Собравъ огромный матерiалъ въ области ботаники, онъ имѣлъ возможность научно обработать и систематизировать его и тѣмъ самымъ принести огромную пользу наукѣ.

Эта польза была тѣмъ вѣсомѣй потому, что Константинъ Александровичъ имѣлъ для своего времени необычный, очень прогрессивный взглядъ на взаимоотношенiя науки съ религiей. Въ то время преобладающимъ было мнѣнiе, что эти двѣ области человѣческой жизни абсолютно несовмѣстимы и взаимоисключаютъ другъ друга. А онъ понималъ ихъ какъ дополняющiе другъ друга сферы однаго цѣлаго. Вотъ какъ онъ позднѣе сформулировалъ свое представленiе объ этомъ: «Люди думаютъ, что наука противорѣчитъ религiи. Это чушь. Ихъ области слишкомъ различны. При правильномъ взглядѣ на дѣло ясно, что они и сталкиваться не могутъ. Одна печется о земномъ, о вещественномъ, а другая о небесномъ, о духовномъ. Одна есть достоянiе ума, другая сердца. Одна изслѣдуетъ окружающiя насъ внѣшнiя условiя, а другая обращаетъ вниманiе исключительно на внутреннюю жизнь. Онѣ обѣ необходимы человѣку, и обѣ его отличаютъ отъ животныхъ» .

Наука есть постепенное постиженiе матерiальной сущности творенiя Творца, а религiя — прямое общенiе съ Творцомъ, поэтому онѣ являются двумя сторонами одной медали — мiрозданiя — и другъ безъ друга не даютъ полнаго представленiя о творенiи и Творцѣ. «Если бы кто спросилъ: что полезнѣе человѣку, наука или религiя, — продолжаетъ Константинъ Александровичъ, — пришлось бы отвѣтить ему, что для разумнаго житiя необходимы обѣ. Это походитъ на то, если бы кто спросилъ, что полезнѣе человѣку, ѣсть или пить? Для здоровья необходимо и то и другое» .

Афонский подвижник схимонах Ксенофонт (князь Вяземский)

Позднѣе, когда онъ сталъ монахомъ, свою позицiю по отношенiи къ наукѣ онъ сформулировалъ въ письмѣ къ своему духовнику отцу Агаѳодору (Буданову) такъ: «Именно наука привела меня ко Христу. Только благодаря моей любви къ наукамъ я сдѣлался сознательнымъ христiаниномъ. Только благодаря моимъ постояннымъ занятiямъ науками я убѣдился въ суетѣ мiрской жизни и рѣшилъ бросить ее и удалиться въ монастырь. Только любовь къ просвѣщенiю и умственному труду сдѣлала то, что я не сталъ безбожникомъ. Только наука меня убѣдила въ истинности Христова ученiя. Только благодаря своимъ научнымъ трудамъ я не сталъ послѣдователемъ Толстова. Только черезъ науку я убѣдился въ превосходствѣ Православiя надъ прочими культами. Наука — моя жизнь, она одна привела меня къ Богу» .

Съ такими прогрессивными взглядами и установками Константинъ Александровичъ, несомнѣнно, добился бы большихъ успѣховъ, но у него была одна страсть, которая погубила въ немъ ученаго и которая довела его жизнь до полнаго краха. Это страсть блуда. Онъ хоть и былъ женатъ законнымъ бракомъ, но страсть блуда захватила его и стала причиной нескончаемыхъ бѣдъ, уничтожившихъ его жизнь. Онъ не только не принесъ никакой пользы, занимаясь науками, но и довелъ свою душу до катастрофическаго состоянiя. Внутренне опустошенный и уничтоженный, стоялъ онъ въ январѣ 1897 года у гроба своей жены, чувствуя свою огромную вину предъ усопшей и предъ всѣмъ мiромъ. Ему было тогда 45 лѣтъ.

12 апрѣля 1897 года Константинъ Александровичъ прiѣзжаетъ на Аѳонъ и просится въ послушники въ Русскiй Пантелеимоновъ монастырь. Игуменъ Андрей принимаетъ его, давъ послушанiе помощника библiотекаря. Вскорѣ его постригаютъ въ рясофоръ съ именемъ Кипрiанъ.

Глубочайшѣе покаянiе, плачъ о своей ничтожности и винѣ предъ Богомъ и людьми были его единственнымъ занятiемъ въ послѣдующiя шесть лѣтъ, которые онъ провелъ въ обители. «Не своей волей я пришелъ на Святой Аѳонъ, — пишетъ онъ въ своей исповѣди. — Господь призвалъ меня. Мнѣ по человѣческимъ суетнымъ законамъ надлежало бы въ Сибирь идти на каторгу, а Господь отправилъ меня на Святую Гору, сподобилъ быть сопричисленнымъ къ избранному своему стаду» . «Пишу исповѣдь свою для обличенiя самого себя, пусть, прочитавъ ее, судъ надо мной составятъ и увидятъ изъ нея, какъ жить не надо и чѣму подражать не слѣдуетъ. Пишу я ее для назиданiя возлюбленныхъ братiй, такъ милостиво принявшихъ меня въ свою среду и относящихся ко мнѣ съ такой любовью и уваженiемъ, каковыхъ я вовсе не стою. Пусть увидятъ они, какъ жилъ Кипрiанъ, который имъ кажется смиреннымъ и благочестивымъ, а въ дѣйствительности онъ совсѣмъ грѣшный человѣкъ. Пусть они увидятъ, какъ всю жизнь Господь Iисусъ Христосъ призывалъ меня къ покаянiю, вразумлялъ неустанно, всякими путями и какъ, несмотря на явную и непрестанную помощь Его, я все колебался въ вѣрѣ, какъ волны на морѣ, и творилъ неугодное предъ Господомъ. Теперь уже ничто въ сей жизни земной меня не привлекаетъ, и я жду смерти какъ утѣшенiя и избавленiя отъ скорбей. Такъ ли это будетъ? Не худшая ли еще участь ждетъ меня въ загробной жизни? Про то знаетъ одинъ вѣчный Богъ. Я вѣрую, что, несмотря на мое недостоинство, Онъ силенъ меня спасти» .

Одни люди пишутъ свои мемуары-воспоминанiя изъ гордости, желая прославить себя. Другiе изъ-за страсти къ письму, подвигаемыя вдохновенiемъ. Третьи изъза скуки, стремясь убѣжать отъ своего «я». Но рѣдко кто осмѣлится писать изъ-за покаянiя, цѣленаправленно обличая самого себя. Отецъ Кипрiанъ не испугался и написалъ самоуничижающую исповѣдь, отрѣзая для себя малѣйшую возможность для будущаго уваженiя и признанiя. Такимъ безжалостнымъ самоосужденiемъ онъ полностью обнажился отъ своего грѣховнаго прошлаго и предсталъ съ плачущей и умоляющей душой передъ милостивымъ Богомъ.

17 марта 1900 года отецъ Кипрiанъ былъ постриженъ въ схиму съ именемъ Ксенофонтъ. Послѣ этого онъ прожилъ еще три года, но не считалъ себя достойнымъ даже жить и ожидалъ смерти какъ милости Божiей. «Величайшее милосердiе Божiе, — писалъ онъ, — состоитъ въ томъ, что онъ сотворилъ смерть, т. е. положилъ предѣлъ земной жизни человѣка! Чтобы было бы, если земная жизнь наша при всѣхъ ея несовершенствахъ была безконечна? Какой же это былъ бы ужасъ, страшно даже подумать. Зачѣмъ предугадывать мученiя ада, стоитъ лишь продолжить нашу бренную жизнь вѣчно, съ нашей духовной нищетой, съ окружающимъ насъ жестокимъ мiромъ, при тѣхъ убiйственныхъ условiяхъ, въ какихъ мы находимся, и вотъ онъ — адъ: страшный, возмутительный, ужасный адъ» .

5 сентября 1903 года отецъ Ксенофонтъ отошелъ ко Господу, скончавшись отъ разрыва сердца.

Печатается по книге: "Русский Афонский Отечник XIX - XXвеков". - Святая Гора, Русский Свято-Пантелеимонов монастырь на Афоне, 2012


[1] АРПМА. Док. No 512. С. 15.

[2] АРПМА. Док. No 512. С. 26.

[3] Тамъ же. С. 77–79.

[4] Нѣкоторыя его незаконченныя литературныя произведенiя и переводы съ французскаго хранятся въ архивѣ Руссика. См.: АРПМА. Док. No 4170.

[5] Тамъ же. С. 100.

[6] БРПМА. Док. No 33293. С. 36.

[7] Тамъ же. С. 38.

[8] АРПМА. Док. No 1779. С. 2.

[9] АРПМА. Док. No 512. С. 4.

[10] АРПМА. Док. No 512. С. 1–3.

[11] БРПМА. Док. No 33293. С. 17.

 

 

 

 

Использование материалов возможно
при условии указания активной гиперссылки
на портал «Русский Афон» (www.afonit.info)

Смотри также:
Возобновитель русского братства в Афонском Пантелеимоновом монастыре старец Герасим Святогорец. День памяти — 23 мая
4 (17) марта  и  10 (23) мая в Русском на Афоне Свято-Пантелеимоновом монастыре, на протяжении вот уже более 130 лет, молитвенно почитается память игумена обители схиархимандрита Герасима. Эта традици
Смиренный полковник: Схимонах Варсонофий (Юганов). День памяти — 21 мая
Он был преисполнен духовной радости, когда присутствовал на богослужении в храме. Все видели его восторженный взор, направленный в сторону алтаря, как будто он с нетерпением ждал выхода оттуда горячо
Жить для Бога всю жизнь: Схимонах Диадох (Дружинин). День памяти — 13 мая
Мальчик пошел в свою комнату и, сев в углу, стал просить Господа, чтобы Он пришел к нему. Долго он так сидел. Вскоре, непонятно отчего, потекли у него слезы, и Дмитрий почувствовал в своем сердце что-
Афонский старец-пасечник схимонах Иоанн (Попович). День памяти — 13 мая
Отцу Иасону на вид было не более тридцати лет. Но какой серьезностью и глубоким пониманием принятого на себя сурового подвига веяло от всей его скромной фигуры, облеченной в грубый подрясник! А вместе
Духовник Андреевского скита на Афоне схиархимандрит Иларион (Левицкий). День памяти - 12 мая
Схиархимандрит Иларион (в миру Иосиф Степанович Левицкий) был уроженцем города Москвы. Его родители Степан и Екатерина были достаточно богатыми людьми и сыну дали соответствующее хорошее образование.
«Бессмертный полк» на Афоне: фронтовик-святогорец о. Иннокентий (Дудченко) (+АУДИО)
Практически у каждого русского святогорца в роду были те, кто воевал в годы Великой Отечественной войны, у кого кто-то из родных и близких не вернулся с фронта, кто-то был ранен, другие пережили ужасн
Доверять духовнику из-за любви к Богу. Жизнеописание монаха Клавдия (Мошкова). День памяти — 4 мая
Решающее в отношении духовника с учеником — доверие. Если подвижник из-за любви к Богу полностью доверился духовнику, то Бог за его доверие никогда не допустит, чтобы духовник ошибся в отношении его,
Последний русский игумен Ильинского скита архимандрит Николай. День памяти — 30 апреля
Родился архимандрит Николай в 1879 году. Мы не знаем, в каком месте в пределах Российской империи он появился на свет и как жил до поступления в монастырь. Отец Николай прибыл на Афон около 1900 года
Учитель умной молитвы: Схииеродиакон Сисой (Савченко). День памяти — 30 апреля
Правила отца Сисоя были таковы: ничего не должно отвлекать монаха от Господа, руки работают, а сердце творит молитву; устанет сердце, разум размышляет о Господе; устанет разум, глаза читают Священное
Старец Савва Святогорец – возобновитель Афонского Свято-Пантелеимонова монастыря. Память - 26 апреля
14/26 апреля 1821 года, в четверток на Святую Пасху, на 103 году жизни отошел ко Господу возобновитель Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастыря старец и игумен Савва Святогорец.
Последние обновления
Архив сайта
<<<Октябрь 2014>>>
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
131415161718
20212223242526
2728293031  
Видеогалерея

 

 

на верх