Русский Афон

Православный духовно-просветительский портал о русском монашестве на Святой Горе Афон

Русско-афонские связи в XI - XVII вв.

Антоний Печерский на АфонеЗарождение русско-афонских связей относится к начальной истории русского монашества. Вернувшись с Афона на Русь, прп. Антоний Печерский поселился близ Берестова (в окрестностях Киева), и вскоре вокруг него собралась монашеская община. Строй ее жизни, по-видимому, сложился на тех уставных принципах, которые преподобный наблюдал в афонских монастырях. Предание о благословении от Св. Горы, принятом через прп. Антония «матерью монастырей русских» - Печерской обителью, отразилось в ПВЛ и в Киево-Печерском патерике.

Об авторитете Афона на Руси как образца иноческой жизни с домонг. времени свидетельствует периодическое возникновение здесь в разные эпохи обителей, именуемых «святогорскими» или «Святая гора» (древнейшая из известных - близ Владимира-Волынского, появилась ок. сер. XI в.). В то же время в рус. паломнической лит-ре до XVI в. неизвестны описания А. (в отличие от Св. земли и К-поля), лишь в хождении троице-сергиевского диак. Зосимы (1420) содержится краткий перечень афонских мон-рей.

Пещера Антония Печерского на Афоне

Монголо-татар. нашествие (1237-1241) и последовавшее за ним владычество кочевников не сразу прервали традиц. связи Руси с А., хотя существенно их ослабили. В сер. XIII в. принявший монашество правосл. литов. кн. Воишелк отправился на А. через Венгрию и Болгарию, но не смог туда добраться, «зане мятежь бысть велик тогда в тых землях» (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 831, 859). Однако этот случай не отражает общей ситуации, поскольку в том же году неизвестный по имени новгородец (возможно, по дороге на А. или обратно) участвовал в переписке в Зап. Сербии Иловицкой Кормчей, а безымянный выходец из галицко-волынских земель переписал во 2-й пол. XIII в. (вероятнее всего, на А.) по греч. палимпсесту Евангелие-апракос («Евангелие Верковича» - РНБ. F. п. I. № 99). Связи А. с Русью пришли в упадок, вероятно, во 2-й четв. XIV в., когда прекратилась династия галицко-волынских Рюриковичей и княжество было поделено между Польшей и Литвой. Прекращению связей, возможно, способствовало также разорение Пантелеимонова мон-ря каталанцами в 1308 г. Возможно, в XIV в. имели место эпизодические контакты Руси с А.: по преданию, во 2-й пол. XIV в. на о-в Мурма (Мучь) в Онежском оз. прибыл святогорский инок Феодосий и поселился там с к-польским монахом Лазарем († 8 марта 1391), к-рый основал Муромский в честь Успения Пресв. Богородицы мон-рь.

Контакты с А. и К-полем значительно оживились и стали систематическими в кон. XIV - нач. XV в. На А. рус. иноков интересовали прежде всего монастырские уставы и практика «умной молитвы». Посетивший в кон. XIV в. Св. Гору архим. нижегородского Печерского мон-ря Досифей описал келейное правило афонских монахов. Он сообщил, что святогорцы, к-рые отдельно живут в келлиях, каждый день прочитывают половину Псалтири и по 600 Иисусовых молитв, в то время как на Руси Псалтирь вычитывалась монахами по келлиям только Великим постом. Однако уже в XV в. в рус. мон-рях было распространено афонское молитвенное правило, описанное Досифеем. (Древнейший список «Правил» (устава) архим. Досифея - ЯМЗ. № 15231. Л. 1-4об.- переписан между 1409 и 1422 в Спасо-Прилуцком мон-ре. Известен список «Правил» из б-ки Кириллова Белозерского мон-ря - РНБ. Кир.-Бел. № 34/1111. Л. 315-316об., XV в.) В XVI-XVII вв. повседневное чтение Псалтири в рус. мон-рях было обязательным. Благодаря активному афонскому влиянию в духовной жизни рус. обителей в кон. XV-XVI в. произошли важные изменения: общей тенденцией келейного молитвенного правила стало стремление к «умному деланию», «умной молитве», возникла новая для Руси форма организации мон-ря - скит (первым рус. скитом, по своему устройству близким к афонским скитам, была Нилова Сорская пуст.). Не только скитские, но и общежительные монахи, в частности иноки Кириллова Белозерского и Волоколамского мон-рей, постоянно «держали молитву Иисусову», как и афонские старцы. Согласно описанию тотемского дьяка Ивана Плешкова, волоколамский инок должен был за день прочитать 100 молитв Богородице и 1900 Иисусовых молитв (ГИМ. Щук. № 212. Л. 212-212об., 1674 г.).

В кон. XIV - нач. XV в. участились приезды по разным поводам на Русь афонских монахов: в 1399 г. в погребении «по лаврьскому» обычаю вел. кн. Тверского св. Михаила Александровича, принявшего перед смертью схиму, участвовали святогорские иноки Савва и Спиридон (ПСРЛ. Т. 15. Вып. 1. Стб. 174). В 1404 г. серб. инок с А. по имени Лазарь изготовил для вел. кн. Василия I Димитриевича «самозвонные» часы. Святогорский инок-серб Пахомий Логофет, прибывший на Русь не позднее 1438 г., составил целую эпоху в лит. творчестве, прежде всего в агиографии и гимнографии. В 1439 г. по вопросу о заключенной на Ферраро-Флорентийском Соборе церковной унии вел. кн. Василий II Васильевич (Тёмный) обменялся посланиями с афонскими старцами, категорическая позиция афонитов, отразившаяся в их ответе (ЛЗАК за 1864 г. СПб., 1865. Вып. 3. С. 28-32), определила в значительной мере и отношение Русской Церкви к этому событию. Ярким свидетельством авторитета Св. Горы для Руси может служить составленная, очевидно, в кон. XVI в. легендарная «Выпись о втором браке Василия III» (Зимин А. А. Выпись о втором браке Василия III // ТОДРЛ. 1976. Т. 30. С. 132-148), в к-рой решения афонского монашества по поводу развода и повторного брака вел. князя (высказанные без запроса с рус. стороны) рассматриваются как равнозначные мнению Патриархов.

На рубеже XV-XVI вв. были установлены офиц. отношения между А. и московскими вел. князьями и Рус. митрополией. В 1497 г. в Москву в свите посольства молдав. воеводы Стефана Великого прибыл игум. Пантелеимонова мон-ря Паисий с 3 афонскими старцами «милости ради, и князь великий (Иоанн III Васильевич) пожаловал, милостынею изволил... понеже бо из старины той монастырь святаго Пантелеимона во Святей Горе строение бяше прежних великих князей русских» (ПСРЛ. Т. 12. С. 214). Сын Иоанна III вел. кн. Василий III Иоаннович в 1507 г. с монахами Пантелеимонова мон-ря архидиак. Пахомием и старцем Иаковом послал в Пантелеимонов мон-рь и проту Св. Горы серебряный ковш Иоанна III и богатую милостыню на помин души своих родителей, имена к-рых были вписаны в синодики всех афонских мон-рей. В 1509 г. по просьбе деспотицы св. Ангелины (Бранкович), описавшей в письме бедственное положение Пантелеимонова мон-ря, лишенного заступников и покровителей, вел. кн. Василий III подтвердил свое ктиторство по отношению к Русскому мон-рю, а также покровительство Св. Горе в целом. В июне того года вел. князь отправил вместе со старцами Пантелеимонова мон-ря милостыню в обитель и такую же проту Св. Горы Паисию для всех афонских мон-рей. В отдельной грамоте вел. князь извещал Паисия о разрешении посылать святогорских иноков для сбора пожертвований в России, братия Пантелеимонова мон-ря получила привилегию посылать старцев за милостыней к царю. С этого времени приезды монастырских посольств на Русь стали регулярными, значительный перерыв пришелся лишь на период запустения Пантелеимонова мон-ря в посл. четв. XVI в. и на Смутное время.

В 1515 г. в Москве побывали старец Мелетий из Вел. Лавры и духовник Ватопедского мон-ря Нифонт. Они возвратились на А. с послом вел. князя В. Копылом, к-рый доставил проту Св. Горы Симеону 1000 р. на помин души Иоанна III и вел. кнг. Софии Палеолог и столько же в дар от Василия Иоанновича. В Вел. Лавру и Ватопедский мон-рь вел. князь пожертвовал по серебряной чаре, камчатые ризы и пелены к иконам прп. Афанасия Афонского и праздника Благовещения. В том же году с грамотами к митр. Варлааму и вел. князю из Пантелеимонова мон-ря прибыли монахи Савва, Пахомий и Матфей. На средства, посланные с ними на А., была построена часть монастырской ограды. В 1517 г. афонский инок Исаия привез в Москву список пространного жития свт. Саввы Сербского в редакции иером. Феодосия (запись об этом сохранилась во мн. рус. списках XVI-XVII вв.). Список лег в основу всей позднейшей рус. традиции текста, сразу же использованного составителем древнейшей редакции Русского Хронографа как важнейший источник по южнослав. и визант. истории XIII в. Неск. ранее, в кон. XV - нач. XVI в., скорее всего также с А., на Русь был доставлен сборник сочинений, легших в основу Хронографа, сборник включал в себя «Паралипомен» хроники Иоанна Зонары, жития деспота Стефана Лазаревича, кор. св. Стефана Дечанского и Илариона, еп. Меглинского (сохранился в рус. копии нач. XVI в.- РГБ. Вол. № 655). Известен и небольшой рассказ о мон-рях А. с именем старца Исаии в заголовке, относящийся к 1489 г. (или к 1517-1519) (Три древних сказания о Св. горе Афонской. С. 3-8). С кон. XV в. во мн. рус. рукописях встречается рассказ о чуде арх. Михаила в Дохиарском мон-ре («Повесть о пастухе, нашедшем злато»), включенный в состав Великих Миней Четьих митр. Макария.

В 1518 г. по просьбе вел. кн. Василия III в Москву для правки книг прибыл прп. Максим Грек, до этого подвизавшийся в Ватопедском мон-ре ок. 10 лет. С его именем на Руси связывали создание сказания «Воспоминание отчасти Святыя горы Афонския» (старший список - РГБ. Троиц. № 686), получившего распространение в рус. письменности не позднее 1-й четв. XVI в., а также повестей о Ватопеде и об Иверской иконе Божией Матери. С 30-х гг. XVI в. в рус. рукописях встречаются краткие афонские агиографические повести, с именем старца Герасима Святогорца в заглавии, о прп. Павле Ксиропотамском и о безымянном старце, жившем в лесу, неизвестные в южнослав. традиции и явно восходящие к устным рассказам монастырских посольств (старший список - РГБ. Вол. № 659). В др. волоколамском сборнике, датируемом 1563 г. (№ 514. Л. 459-470), помещены списки жалованных грамот мон-рю Св. Павла серб. деспотов Бранковичей (святых Ангелины и ее сыновей Георгия и Иоанна) 1495-1496 гг., серб. вельмож на венг. службе (родственников вел. кнг. Елены Глинской) Якшичей 1506 г. и молдав. воеводы Петра Рареша 1533 г.

Заметное место в рус. агиографии 1-й пол. XVI в. занимает творчество афонского инока, серба по происхождению, Льва Аникиты Филолога, написавшего похвальные слова мученикам Михаилу и Феодору Черниговским (возможно, во время пребывания в России в 10-20-х гг.) и преподобным Зосиме и Савватию Соловецким (1534-1538). В 1539 г. прибывшие в Новгород ко двору архиеп. св. Макария (впосл. митрополит всея Руси) иноки из Зографского мон-ря и Карейского скита Митрофан и Прохор рассказали святителю о мучении Георгия Нового, пострадавшего в Софии в 1515 г. Рассказ лег в основу рус. (независимого от существовавшего в южнослав. традиции) жития мученика (Калиганов И. И. Георгий Новый у восточных славян. М., 2000. С. 29-30). Прибывшие в 1547 г. в Москву иноки Пантелеимонова мон-ря Савва, Сильвестр, Герасим и Роман были встречены окружным посланием Московского митр. свт. Макария всем правосл. христианам о сборе милостыни для Русской обители.

Щедрым благотворителем А. был царь Иоанн IV. В первые годы его воцарения в Москве побывали посольства Пантелеимонова и Хиландарского мон-рей с жалобами на притеснения от тур. султана. В 1550 г. царь направил грамоту султану с просьбой защитить мон-ри от насильников, но неизвестно, какое она возымела действие. В мае 1554 г. в Москву для сбора милостыни приезжал старец Пантелеимонова мон-ря Евфимий. В 1556 г. грамотой царя московский греческий во имя свт. Николая Чудотворца мон-рь был отдан для проживания монахов, приезжавших в Москву с А. В 1653 г. грамотой царя Алексея Михайловича Никольский мон-рь стал подворьем афонского Иверского мон-ря.

В 1555 г. по ходатайству посольства с А. под покровительство московских государей в качестве их «другой богомольи» (1-я «богомолья» - Русик) был принят Хиландарский мон-рь. Игумен мон-ря Паисий преподнес в дар царю крест, к-рый носил на себе свт. Савва Сербский, с Животворящим Древом внутри и мощи вмч. Стефана - небесного покровителя династии Неманичей, начиная с прп. Симеона Сербского (в миру - Стефана Немани). Паисий составил «Сказание об Афонской горе», содержавшее сведения о числе монахов, размере дани туркам и о географическом положении мон-рей. В марте 1556 г. Хиландарскому мон-рю была дана царем жалованная грамота на беспошлинный и свободный приезд за милостыней, кроме того, мон-рь получил в свое владение подворье в Китай-городе рядом с Богоявленским мон-рем. Посольство задержали в Москве до 1557 г., когда царь пожаловал мон-рю 300 р. и богатую завесу лицевого шитья к царским вратам (катапетасму), изготовленную в 1555 г. и хранящуюся в наст. время в монастырской ризнице; кроме того, посольство получило 50 р. от кн. Георгия Васильевича и от царя дополнительно ту же сумму на личные нужды. В 1558 г. хиландарское посольство во главе с Прохором, ставшим к тому времени архимандритом, вновь прибыло в Москву и 5 авг. было принято царем. Иноки вновь просили у царя грамоту к султану об освобождении обители от повинностей и защите от насилия, а также о разрешении перенести мощи св. кор. Милутина из Софии в Хиландар. Кроме того, речь шла о финансовой помощи в восстановлении монастырских храмов и укреплений. На монастырском подворье в Москве был возведен храм во имя святых Симеона и Саввы Сербских. В мае 1559 г. посольство было отпущено с пожалованием ему 300 р. На основании рассказов его участников (в первую очередь Прохора) в Москве была написана пространная повесть о чудотворных иконах мон-ря, не имеющая аналогов в южнослав. книжной традиции и дошедшая в уникальном списке совр. посольству (Турилов А. А. Рассказы о чудотворных иконах монастыря Хиландар в русской записи XVI в. // Чудотворная икона в Византии и Древней Руси. М., 1996. С. 510-529).

В 1571 г. царь Иоанн в составе посольства к султану Селиму II отправил купца С. Борзунова, доставившего проту Св. Горы 700 р. на ежедневный помин души царицы Анастасии Романовны и 400 р. на помин брата царя кн. Георгия Васильевича. В Пантелеимонов мон-рь Борзунов привез 200 р. милостыни по царице Анастасии и 150 р.- по кн. Георгию. В 1582 г. в Хиландарский мон-рь было отправлено поминание по царевичу Иоанну Иоанновичу на сумму 700 р. В дек. 1583 г. старцы этой обители преподнесли в дар царю мощи сщмч. Анфима и мозаическую икону арх. Михаила, а царевичу Феодору Иоанновичу - образ Пресв. Богородицы «Надежда ненадежным». В 1584 г. царь послал на А. дьяка И. Мешенинова с богатой милостыней на помин души царевича Иоанна. Мешенинов составил описание Св. Горы (Леонид (Кавелин), архим. Иерусалим, Палестина и Афон по русским паломникам XIV-XVI вв. // ЧОИДР. 1871. Кн. 1. С. 63-66).

Помимо царских пожалований каждое из монастырских посольств увозило с собой вклады, дававшиеся придворными и столичным духовенством. Так, в 1556 г. боярин М. Я. Морозов вложил в Пантелеимонов мон-рь Книгу 16 пророков с толкованиями (ГИМ. Син. № 78), столетие спустя возвращенную в Москву Арсением (Сухановым). В б-ке Хиландара (№ 117) хранится Псалтирь толковая сер. XVI в. (в переводе прп. Максима Грека?), принадлежавшая известному благовещенскому свящ. Сильвестру и его сыну Анфиму. Через посредство Москвы слав. иноки А. в XVI-XVII вв. получили ряд неизвестных в болг. и серб. традиции сочинений: Беседы свт. Иоанна Златоуста на Евангелия от Матфея и Иоанна в переводе прп. Максима Грека и старца Силуана (Славянские рукописи афонских обителей. № 62-65), Историю Иудейской войны Иосифа Флавия в древнерус. домонг. переводе (Там же. № 267, 268).

В царствование Иоанна Грозного новый импульс получил интерес к афонским уставам и образу жизни святогорских монахов. В 1560 г. игум. Пантелеимонова мон-ря Иоаким, проживший в Москве ок. 2 лет, по просьбе митр. Макария написал сочинение, посвященное описанию жизни различных категорий афонских насельников (Сказание о святой Афонской горе игумена русского Пантелеимонова мон-ря Иоакима. СПб., 1882. С. 5-31. (ПДП; Т. 30)).

В авг. 1584 г. царь Феодор Иоаннович вместе с посольством Б. Благово разослал во все афонские мон-ри милостыню по царю Иоанну Грозному. В марте 1586 г. в Москву с А. прибыл игум. мон-ря Пантократор Роман с братией. Как священный дар от обители старцы просили принять главу вмч. Феодора Стратилата, обложенную серебром. Летом 1587 г. игум. Паисий с братией афонского Зографского мон-ря привез в дар московскому царю частицу мощей вмч. Феодора. 21 февр.- 31 авг. 1598 г. по повелению царя Бориса Феодоровича Годунова и его сына царевича Феодора Борисовича в мастерских Московского Кремля была изготовлена для мощей святого серебряная рака, к-рая хранилась сначала в царской казне, с 1681 г.- в кремлевском Благовещенском соборе. Ныне рака с частью св. главы вмч. Феодора находится в ГММК (инв. МР-1758).

В мае 1591 г. в Россию прибыл Тырновский митр. Дионисий с грамотой от вост. Патриархов, в к-рой сообщалось, что на К-польском Соборе в 1590 г. за Русским Патриархом были признаны все права Предстоятеля автокефальной Церкви. В составе посольства находились архим. Пантелеимонова мон-ря Неофит, архим. Хиландарского мон-ря Григорий и старец Ватопедской обители Софроний, приехавшие в Россию за милостыней. 20 июня посольство принимал царь Феодор Иоаннович, во время приема старец Софроний преподнес царю мощи мч. Кирика. Уезжая из России, послы получили щедрую милостыню, архимандриту Пантелеимонова мон-ря царь Феодор Иоаннович дал жалованную грамоту, в к-рой подтвердил право старцев этого мон-ря на беспошлинный проезд в Москву за милостыней. 4 февр. 1592 г. была отправлена царская грамота к проту Св. Горы и средства на строительство келлий и церкви Пантелеимонова мон-ря. Царь пожаловал «рухлядью да ризы и стихарь» на 500 р. с обещанием впосл. при успешном строительстве прислать «больше того». Царь также пожертвовал «большие ризы» в Хиландарский мон-рь. В дек. 1593 г. Феодор Иоаннович послал на А. дьяка Кошурина с милостыней по случаю рождения царевны Феодосии. Царь Борис Годунов в 1603 г. подтвердил право иноков Хиландарского мон-ря на беспошлинный проезд в Россию за милостыней и право на владение подворьем в Москве. В авг. 1603 г. в рус. столицу за милостыней приезжали старцы афонского мон-ря во имя св. Симеона Столпника, а в июне 1605 г.- хиландарский архим. Лонгин, архим. мон-ря Ксенофонт Иаков. Лонгин преподнес государю часть мощей вмч. Феодора Стратилата, Иаков - мощи вмч. Димитрия.

Смутное время надолго отрезало А. от России. Только в 1626 г. в Москву прибыл игум. Мелетий с жалобой на бедственное положение Пантелеимонова мон-ря, имевшего большие долги и заложившего все имущество, позднее в XVII в. игумены Русского мон-ря неоднократно приезжали в Москву за милостыней: в 1636 г.- игум. Иоанн, в 1642-м - игум. Григорий с келарем Христофором и неск. иноками, в 1660-м - игум. Дионисий с братией, в 1690 г.- Даниил с братией. Иногда афонские монахи, страдавшие от притеснений турок, делали попытки остаться в России. В 1628 г. ватопедский игум. Никодим был поставлен игуменом Угрешского во имя свт. Николая Чудотворца мон-ря, но в 1635 г. по его просьбе был отпущен обратно на А. В 1643 г. в Москву приехал архим. афонского Павловского мон-ря Никодим со старцем Исаией. Прожив год в Симоновом мон-ре, они вернулись на А.

В XVII в. рус. государи по-прежнему жертвовали богатую милостыню в афонские обители, из к-рых получали в качестве даров святыни. В 1652 г. Москву посетил ватопедский игум. Дамаскин, он сообщил, что в мон-ре хранится древний крест св. имп. Константина Великого, сделанный по образу креста, явленного ему на небе, а также глава свт. Иоанна Златоуста. Царь Алексей Михайлович выразил желание поклониться святыне, и в 1655 г. игум. Дамаскин привез реликвии в Россию, где получил богатую милостыню для мон-ря и грамоту, в к-рой Алексей Михайлович просил братию Ватопеда оставить святыню в Москве «летъ на двадцать и меньше, на сколько летъ доведетца». В 1679 г. в Ватопедский мон-рь вновь была отправлена милостыня «за святыню» и царская жалованная грамота, разрешавшая инокам обители каждые 4 года приезжать в Москву за милостыней в размере 500 р. Это обязательство рус. правительство выполняло до 1735 г., когда, в соответствии с составленными Палестинскими штатами, решено было отправлять «в Благовещенский Ватопедский монастырь за известную святыню на каждый год по 100 рублев, а на 5 лет 500 рублев» (цит. по: Каптерев. С. 71).

В окт. 1653 г. по инициативе Патриарха Никона, с согласия и при поддержке царя на А. был послан мон. Арсений (Суханов), к-рый должен был привезти греч. рукописи, необходимые для исправления рус. богослужебных книг. За 2 месяца пребывания на Св. Горе Арсений со своим помощником И. Панкратьевым выбрал 498 рукописей и книг (преимущественно греч.), из к-рых большинство Арсений привез в Москву в февр. 1655 г., остальные книги доставили позднее насельники афонских мон-рей.

В царствование Алексея Михайловича в Москву с А. помимо книг были привезены копии чудотворных святогорских икон Божией Матери - Иверской «Портаитиссы» (Вратарницы) и Хиландарской «Троеручицы», выполненные в размер оригинала. Иверская икона копировалась дважды - в 1648 и 1655 гг. Одна копия (список Иверской часовни) по поручению царя была заказана Новоспасским архим. Никоном (впосл. Патриарх Московский) и выполнена по особому чину, с омовением оригинала св. водой, к-рая затем использовалась для изготовления левкаса списка. 2-я копия была написана по тому же чину для одной из резиденций Патриарха Никона - Валдайского в честь Иверской иконы Божией Матери мон-ря. В типографии этой обители в 1659 г. вышла книга «Рай мысленный», содержащая службу чудотворной иконе, сочинение Стефана Святогорца о Св. горе А. (XVI в.) и сказание о создании Валдайского мон-ря и принесении в него списка афонской святыни. Список Хиландарской иконы Божией Матери «Троеручица», заказанный Патриархом Никоном для Воскресенского мон-ря Нов. Иерусалим, был доставлен в Россию в 1661 г. В 1686 г. афонским архим. Леонтием, жившим в Нов. Иерусалиме, была составлена пространная повесть об этой афонской святыне.

Афонские старцы оказывали большую поддержку Патриарху Никону в годы его опалы. В июне 1663 г. разбиралось дело об архим. Кастамонитского афонского мон-ря Феофане, к-рый без царского разрешения ездил к Никону в Новоиерусалимский мон-рь и передал ему мощи мч. Власия и грамоту от всех афонских мон-рей; архим. Феофан был сослан в Кириллов Белозерский мон-рь. Совсем иную роль в «деле Патриарха Никона» сыграл архим. Иверского афонского мон-ря, буд. митр. Угровлахии Дионисий Грек. Приехав в Россию в 1655 г., он стал справщиком московского Печатного двора и был привлечен к работе по исправлению богослужебных книг. В числе др. сочинений им была составлена Записка о начале и продолжительности церковных служб на А. Дионисий принимал участие в работе Собора 1666-1667 гг., низложившего Патриарха Никона.

Свидетельством интереса рус. монашества (и общества в целом) к А., его святыням и монастырской практике в XVII в. служит написанное по личным впечатлениям соч. иеродиак. Чудова мон-ря Дамаскина «Сравнения святой Афонской горы с Соловецким монастырем» (ок. 1701-1703), дополняющее переведенный Дамаскином «Проскинитарий святой горы Афонской» Иоанна Комнина (изд. в 1701 на новогреч. языке в Бухаресте; см.: Леонид (Кавелин), архим. Афонская гора и Соловецкий монастырь: Тр. чудовского иеродиак. Дамаскина (1701-1706). СПб., 1883. С. 91-94. (ПДПИ; Вып. 43)).

С рубежа XV-XVI вв. известно о связях слав. мон-рей Св. Горы с правосл. населением польско-литов. земель. В Супрасльский мон-рь (где, вероятно со времени основания обители, жили монахи с А., по всей вероятности сербы) в 1546 г. со Св. Горы была принесена историко-полемическая Повесть о Ксиропотамском мон-ре. Практически одновременно в Супрасле был переписан годовой комплект служебных Миней (Вильнюс. БАН Литвы. Ф. 19. № 142, 145, 154, 163, 170, 173), отражающих серб. оригинал несомненно афонского происхождения. Скорее всего рассказы афонских иноков послужили источником многочисленных сведений о болг. и серб. святых в «Палинодии» Захарии (Копыстенского). При подготовке мартовско-майского тома «Книги житий святых» (К., 1700) свт. Димитрий (Туптало), митр. Ростовский пользовался списком жития Константина-Кирилла Философа «з библиотеки Хиляндарской лавры сербской» (т. е. выпиской из Минеи Четьи на февр.-апр. 1626 - Хиландар. № 444).

В XVI-XVII вв. представители разных слоев правосл. западнорус. общества делали вклады в мон-ри А. В 1549 г., когда очередное хиландарское посольство двигалось через Волынь в Москву, ковельский свящ. Козьма Васильевич передал в Хиландарский мон-рь Палею толковую (Вена. Австрийская национальная б-ка. Слав. № 9). В 1582 г. хиландарская братия обратилась с посланием к кн. А. М. Курбскому, прося помощи на устройство монастырской больницы (адресат, умерший в мае 1583, вероятно, не успел на него ответить). Свойственник Курбского кн. А. И. Полубенский († 1608) дал вкладом в Хиландар Евангелие-тетр кон. XV в. (Хиландар. № 66). Некий пан Филипп в XVI в. вложил в тот же мон-рь «красные» церковные облачения (РГАДА. Ф. 381. № 1840. Л. 227об.).

Афонские иноки оказывали активную поддержку православным Юго-Зап. Руси в их борьбе против засилья католичества и унии (см. Брестская уния), в частности посылая на Украину переводы антикатолич. сочинений св. отцов. Кн. Курбский получил список с одной из таких книг от кн. К. К. Острожского, к-рую тому прислали с А. Рукопись содержала переводы сочинений свт. Григория Паламы и св. Нила Кавасилы, написанных против католич. учения о Filioque. В 1621 г. в Киеве на Соборе, где разрабатывались меры по утверждению Православия, в числе др. было принято решение, «чтобы русских, искренно расположенных к добродетельной жизни, посылать на Афон, как в школу духовную».

Е. В. Романенко, А. А. Турилов

Источник

Использование материалов возможно
при условии указания активной гиперссылки
на портал «Русский Афон» (www.afonit.info)

Смотри также:
Братство русских обителей Афона в кон. XIX – нач. XX веков
Стремительный расцвет русского монашества на Святой Горе Афон во второй половине XIX – начале XX веков привел не только к возрождению Русского Свято-Пантелеимонова монастыря, но и образованию других р
История афонского Свято-Андреевского подворья в Одессе
До Первой мировой войны Одесса была морскими воротами для паломничества в Палестину и Афон, куда устремлялись тысячи русских поклонников. Для их размещения три русских обители на Афоне — Пантелеймонов
Русские монастыри на Афоне и в Святой земле в свете новых и малоизвестных источников
Предлагаем читателям портала «Русский Афон» статью известного историка-византиниста, вице-президента Российского национального комитета византинистов, заведующего кафедрой византийской и новогреческой
Русский Афон в записках архимандрита Антонина (Капустина)
Доклад кандидата богословия, доцента, преподавателя Санкт-Петербургской Духовной академии архимандрита Августина (Никитина) на международной научной конференции «Русь — Святая Гора Афон: тысяча лет ду
Русские старцы-отшельники на афонских Карулях
Карули (или Карулья) – одно из самых аскетических и опасных мест на Святой Горе Афон из-за своей труднодоступности. Находятся они на южной скалистой оконечности Афонского полуострова, на крутых и пуст
Святитель Киприан Киевский: афонский подвижник-исихаст и митрополит всея Руси. День памяти — 29 сентября
Святитель Божий Киприан (Цамблак), мощи которого почивают под спудом в московском Успенском соборе, был рукоположен патриархом Константинопольским Филофеем (1353-1354 и 1364-1376) в митрополита Киевск
Святая Гора Афон как ковчег русской православной традиции
Доклад доктора филологии, доктора богословия, профессора Македонского университета (Салоники, Греция) Константиноса Нихоритиса на международной научной конференции «Русь — Святая гора Афон: тысяча лет
Древнейшая русская Свято-Успенская обитель «Ксилургу» на Афоне и ее значение для Руси
15/28 августа, в день Успения Пресвятой Богородицы, в русской Свято-Успенской Богородичной обители «Ксилургу» на Афоне отмечается престольный праздник.
Преподобный Антоний Печерский и древнерусский Афон. Об афонских корнях русского монашества
10/23 июля Православная Церковь совершает память преподобного Антония Печерского, основателя Киево-Печерской обители. Этот подвижник занимает особое место в сонме древнерусских святых и издревле почит
Преподобный Иоанн Вишенский Святогорец и его подвиг стояния за чистоту Православия
Жизнь и деятельность св. преподобного афонского старца Иоанна Вишенского (1550-е – 1620-е гг.) совпали с трагическими событиями гонений на православие в Речи Посполитой, в связи с чем его усилия и пос
Последние обновления
Архив сайта
<<<Март 2014>>>
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
101112141516
17181920212223
24252627282930
31      
Видеогалерея

 

 

на верх